Уже фиксируете прибыль?
Если вы вдруг ещё не подписались на рассылку отчётов, установите ментальную связь с «Отчизной». Долгосрочное сотрудничество принесёт больше пользы

Сколько нужно править, чтобы надоесть народу

И чем обычно кончают несменяемые лидеры
16 августа 2020 г.
Вынесенная в заголовок фраза полтора года назад была подзаголовком нашего отчёта «Что беспокоит несменяемых национальных лидеров». В нём мы пытались проникнуть в головы некоторых из таких страноначальников. События в Беларуси дают актуальную пищу для анализа политологам и, главное, — народам. Нам с вами.
Хороший материал для поиска ответа на вопрос «доколе» дала в 2011 году «арабская весна». Тунисский президент Бен Али правил 23 года — и всего лишь бежал в Саудовскую Аравию. Хосни Мубарака после 30-летнего правления Египтом таскали с сердечным приступом в суд из тюрьмы на специальной койке; затем последовали длительные судебные разбирательства и несколько лет заключения. Каддафи царствовал в Ливии 40 лет — закончилось всё гражданской войной и выставлением его трупа в холодильнике для овощей в торговом центре. К войне же привело и 40-летнее правление в Сирии отца и сына Асадов. Кстати, все они меняли конституцию, чтобы продлить своё правление, и получали на выборах более 90% голосов (кроме Каддафи, который просто был Лидером ливийской революции).

Александр Лукашенко в этом от них не отличался, а правил дольше, чем достаточно для простого и быстрого бегства с сохранением пусть не власти, но богатства и спокойной жизни. За 26 лет он, судя по результатам голосования на тех участках, где они были подсчитаны честно, а также свидетельствам наблюдателей, лишился поддержки 70−80% белорусов — и, наверное, даже большего их числа, ибо многие наверняка голосовали за него из страха, по принуждению и «как бы не было хуже» (о подобном мы хорошо знаем на примере собственной отчизны). Зато после выборов он уже сделал достаточно, чтобы оказаться в суде и затем — на нарах.

Кстати, примерно столько же – 24 года – правил румынский лидер Николае Чаушеску, суд над которым, завершившийся расстрелом, длился менее двух часов.

На улицу или к стенке?

Страны, признавшие официальные результаты выборов в Беларуси
Страны, признавшие официальные результаты выборов в Беларуси
Интересно, что вероятность печального итога правления для таких лидеров достаточно велика, хотя вряд ли они об этом задумываются до самого последнего момента. По подсчетам, приведённым в исследовании «Политика ограничения президентских сроков», в 1945—2017 годах в демократических странах, электоральных автократиях и авторитарных режимах 94 президента так или иначе преодолевали конституционные ограничения на пребывание у власти. Многие делали это не раз (общее число случаев — 130). Например, второй-четвёртый президент нашей отчизны сдал это уже трижды, увеличив срок с четырёх до шести лет, на время посадив вместо себя третьего президента (вариант с и. о. тоже учитывается), а в этом году — ещё и обнулившись. Правда, в выборку он не попал, потому что в ней учтены те, кто больше не находится у власти.

Итак, в недемократических режимах 27 президентов, захотевших править дольше, чем можно, были смещены со своего поста, а еще девять — убиты (в демократических — один и ни одного соответственно). В общей сложности тем или иным образом — в результате протестов ли, революции, переворота, происков соратников или убийства — власти были лишены более трети (38,3%).
Вы в целом одобряете или не одобряете деятельность Государственной Думы?
Источник: The Politics of Presidential Term Limits. Baturo A., Elgie R. (editors). New York: Oxford University Press, 2019
Правда, 12-ти удалось переместиться из президентского кресла на смертный одр самостоятельно. Но все-таки возникает вопрос: неужели их всех не останавливает почти 10%-ная вероятность быть попросту убитым в своём кабинете (или на лужайке за президентским дворцом)? Неужели власть и богатства перевешивают достаточно высокие шансы столь непривлекательного конца? Видимо, да, особенно если речь идёт об абсолютной власти и абсолютном богатстве, к которым в итоге начинают стремиться многие из тех, кто поначалу считался «сильным лидером», а также их приближённые. Сильный лидер трансформируется в автократа и в итоге с неизбежностью переходит в категорию «диктатор»; попутно его соратники становятся приближёнными, а затем — приспешниками. Они зарабатывают на близости к телу и бьются за то, чтобы быть поближе; поскольку процесс длится долго, в результате такого неестественного отбора побеждающие, закрепившись у тела, идут на всё, чтобы не подпустить к нему других. Складывается узкий круг страшно далёких от всех остальных людей. Поскольку, имея привилегии от «тела», они разучиваются действовать и добиваться результатов независимо, то пытаются заморозить сложившуюся конструкцию, преподнося государю информацию об окружающей жизни так, как удобно им и ему.
Всякая власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Великие люди — это почти всегда плохие люди.

Историк и политик Джон Дальберг-Актон (1887)
Культ личности в такой ситуации неизбежен. В своём последнем отечественном проявлении это выглядит примерно как «нет Путина — нет России». И если в 2014 году второй-четвёртый президент отреагировал на это высказывание Вячеслава Володина словами: «Россия, конечно, обойдется без таких, как я», — то уже в 2020-м заявил, что после обнуления может стать пятым президентом, чтобы чиновники не «рыскали глазами» в поисках преемников. Нас это так восхитило, что мы даже впервые написали стихотворный аналитический отчёт:
Поэма о рыщущих глазах:
нужно ли менять президента

Тело-охранители

В вышеописанный круг неизбежно входят охранники, или «тело»хранители, которые без такого объекта были бы простыми правоохранителями. Но от охраны такой эфемерной сущности, как право, удовлетворение в основном морально-эмоциональное, а от охраны конкретного тела — очень даже привилегированно-материальное. Они тоже теряют способность к самостоятельным достижениям и реальному восприятию окружающей действительности. И поэтому всех посягающих на власть тела, от которого они всецело зависят, считают врагами, посягающими на их личное состояние и положение. Следовательно, с посягающими можно делать всё, что угодно. В буквальном смысле.

Персоналистские режимы живут, пока «тело» находится у власти и обеспечивает привилегии приспешникам. Остальным приходится долго наблюдать за политико-умственно-физиологическим износом тела и режима; в какой-то момент это может просто надоесть.

В революции всегда виновата действующая власть, а не те, кто хочет от неё избавиться. Чтобы понять это, достаточно почитать учебники истории разных стран (школьного курса будет достаточно). Чтобы не понимать этого, нужно слушать официальную телепропаганду.

Чтобы быть в курсе и с правильного ракурса смотреть на актуальнейшие политэкономические и рыночные тренды, используйте различные (а лучше — все) виды подписки: email, Telegram, «Яндекс.Дзен», Facebook, «Одноклассники». Подписавшись, вы также сможете принимать наши уверения в совершеннейшем к вам почтении.