Уже фиксируете прибыль?
Если вы вдруг ещё не подписались на рассылку отчётов, установите ментальную связь с «Отчизной». Долгосрочное сотрудничество принесёт больше пользы

Нет, бред не закончился:
теперь голосование по Конституции

Коронавирусная инфекция, похоже, проникла в головы
Как одним из симптомов заболевания COVID-19 является потеря вкуса и обоняния, так в нашей отчизне симптомом безоглядной жажды власти и раболепия стали потеря адекватности и стыда при принятии поправок в Конституцию. Обнуленческая машина без тормозов несётся к нужному результату.
Пандемия коронавируса нисколько не замедлила реализацию федеральной целевой программы «Больше ада», которая остаётся основополагающим ориентиром в деятельности кремлёвского офшора и его вертикально-подвластных отделений. Наоборот, она открыла перед реализаторами дополнительные возможности, чему был посвящён ряд наших последних отчётов. Это и социальное дистанцирование между властью и народом, и выдача одной рукой минимальных размеров оплаты труда в виде поддержки, а другой — их отъем с помощью штрафов и продажи обязательных к ношению масок и перчаток, и извращённые варианты слежки и прогулок. Но процесс не остановить, даже если эпидемия пойдёт на спад, указывали мы. Масштабы абсурда, включая привлечение Пушкина к голосованию за обнулённую конституцию, будут расти.

Отрадно осознавать, что мы оказываемся правы в прогнозах. И теперь нас ждёт новый этап — отмечание победы над коронавирусом с помощью танков и само голосование, которое характеризуется ментальным дистанцированием его организаторов от реальности.

Судьба короны

Режим самоизоляции напоминал лагерный
Изображение LeoNeoBoy с сайта Pixabay
Когда 9 мая второй-четвёртый президент принимал парад кремлёвского полка, было хорошо видно, как скучно ему на обнулённом празднике — сиречь, без народа. Чем-то это напоминало день инаугурации в мае 2012 года, когда президентский кортеж в гордом одиночестве ехал по пустым улицам Москвы. Которая после нескольких месяцев протестов, вызванных масштабными фальсификациями на думских выборах, и разгона накануне митинга на Болотной площади, отвернулась от президента.

Но теперь парад будет, причём в нём, по словам министра обороны Сергея Шойгу, примут участие только военные, «обладающие иммунитетом» (!) к коронавирусу. Министр (или его врачи) уже, оказывается, научились его выявлять. Странно, что к его помощи не обратился проявляющий отеческую заботу о горожанах мэр Москвы, чтобы выявить обладающих иммунитетом москвичей, составить для них особый график выгула и разрешить заниматься спортом на улице не только с 5 до 9 ч утра, но и, скажем, с 9 вечера до 12 ночи.

Впрочем, возможно, мэр и обратился, но использовать знания оборонного характера просто не смог. Ведь не успел он разработать крышесносящий график прогулок москвичей, как тут же его и отменил — спустя всего неделю. Объяснив, конечно, правильность своего изначального решения разрешить заключённым выход на прогулку посменно-домовым способом: «Чтобы не нарушить хрупкого равновесия и не вернуться опять к вспышке эпидемии, и нужен был этот непродолжительный переходный период».

Всё понятно: медлить было нельзя. Ведь к концу июня корону у вируса обязательно должен отнять второй-четвёртый президент, что и будет ознаменовано прохождением иммунитетных полков по Красной площади. В этой короне он и взойдёт на трон в историю 1 июля как первый обнулённый президент.

Избирательная спецоперация

Важно, однако, то, что власти не отказываются от режима как такового: был «режим самоизоляции», теперь — «режим самосохранения». И «всенародное» голосование за обнуление тоже проводится в режиме спецоперации.

В роли спецназа — Центральная избирательная комиссия (и тут мы не можем не вспомнить наш отчёт «Поэма о ненужном избиркоме», созданный перед прошлогодними выборами в Московскую городскую думу; обязательно изучите эту работу, написанную в жанре беллетристического анализа, — см. ссылку в конце). Вот как действующая в нашей отчизне власть хочет самосохраняться (а вы думали сохранение — это про граждан?):

  • журналистам запрещено присутствовать при подсчёте бюллетеней, а наблюдателями на участках будут только посланные местными общественными палатами;
  • избирательные участки будут закрываться на дезинфекцию каждые два часа ­ что в это время будет делаться с урнами и бюллетенями, никто не увидит;
  • досрочное голосование будет идти шесть дней не только на дому, но и на улицах — уследить за многочисленными отрядами избиркомовцев, посланными в тыл врага, будет невозможно;
  • массовые казаки-разбойники в виде перебегающих от квартиры к квартире избиркомовцев, конечно, не несут никакой опасности заражения, ведь коронавирус будет окончательно и бесповоротно задавлен парадом 24 июня;
  • между избирателями и сотрудниками избиркомов будет держаться социальная дистанция: паспорт нужно показывать с расстояния в 2 метра, причём данные из него не будут вписываться в избиркомовские книги;
  • в Москве, где разрешено электронное голосование, подсчёт таких голосов будут вести не избиркомы, а департамент информационных технологий мэрии;
  • и это ещё не всё, однако наш отчёт не может быть безразмерным.
Не забыли организаторы и о том, чтобы отвлечь внимание от главной цели спецоперации, хотя получилось это довольно топорно. Мы имеем в виду не Терешкову в кустах, оголившую смысл двухмесячного труда людей без юридического образования, которые препарировали Конституцию и сотворили чудовище, шитое белыми нитками. А то, что на сайте для электронного голосования по поводу этого чудовища поправка в статью 81 об обнулении сроков президента поначалу даже не упоминалась. Её добавили лишь после того, как проклятые журналисты начали задавать дурацкие вопросы.

В общем, перефразируя булгаковского профессора Преображенского, опишем ситуацию так: «Коронавирус не в Ухане, а в головах».
Поэма о ненужном избиркоме